Случай с Евсейкой

Однажды маленький мальчик Евсейка, —
очень хороший человек! — сидя на берегу
моря, удил рыбу. Это очень скучное дело,
если рыба, капризничая, не клюёт. А день
был жаркий: стал Евсейка со  скуки дремать
и  — бултых! — свалился в воду.
Свалился, но ничего, не испугался и плы-
вёт тихонько, а потом нырнул и тотчас достиг
морского  дна.
Сел на камень, мягко покрытый рыжими во-
дорослями, смотрит вокруг — очень хорошо!
Ползёт, не торопясь, алая морская звезда,
солидно ходят по камням усатые лангусты,
боком-боком двигается краб; везде на кам-
нях, точно крупные вишни, рассеяны актинии,
и всюду множество всяких любопытных штук:
вот цветут-качаются морские лилии, мелькают,
точно мухи, быстрые креветки, вот тащится
морская черепаха, и  над её тяжёлым щитом
играют две маленькие зелёные рыбёшки, со-
всем как бабочки в  воздухе, и вот по белым
камням везёт свою раковину рак-отшельник.
Евсейка, глядя на него, даже стих вспомнил:
Дом, — не тележка у дядюшки Якова...

И вдруг слышит: над головою у него точно
кларнет запищал:
– Вы кто такой?
Смотрит – над головою у него огромней-
шая рыба в сизо-серебряной чешуе, выпучи-
ла глаза и, оскалив зубы, приятно улыбается,
точно её уже зажарили и она лежит на блю-
де среди стола.
– Это вы говорите? — спросил Евсейка.
– Я-а...
Удивился Евсейка и сердито спрашивает:
– Как же это вы? Ведь рыбы не говорят!
А сам думает: «Вот так раз! Немецкий
я  вовсе не  понимаю, а рыбий язык сразу по-
нял! Ух, какой молодчина!»
И, приосанясь, оглядывается: плавает во-
круг него разноцветная игривая рыбёшка —
и  смеётся, разговаривает:
– Глядите-ка! Вот чудище приплыло: два
хвоста!
– Чешуи — нет, фи!
– И плавников только два!
Некоторые, побойчее, подплывают прямо
к  носу и дразнятся:
– Хорош-хорош!
Евсейка обиделся: «Вот нахалки! Будто не
понимают, что перед ними настоящий чело-
век...»

И хочет поймать их, а они, уплывая из-под
рук, резвятся, толкают друг друга носами
в  бока и поют хором, дразня большого рака:
Под камнями рак живёт,
Рыбий хвостик рак жуёт.
Рыбий хвостик очень сух,
Рак не знает вкуса мух.
А он, свирепо шевеля усами, ворчит, вытя-
гивая клешни:
– Попадитесь-ка мне, я вам отстригу языки-то!
«Серьёзный какой», — подумал Евсейка.
Большая же рыба пристаёт к нему:
– Откуда это вы взяли, что все рыбы —
немые?
– Папа сказал.
– Что такое — папа?
– Так себе... Вроде меня, только — по-
больше, и  усы у него. Если не сердится,
то  очень милый...
– А он рыбу ест?
Тут Евсейка испугался: скажи-ка ей, что  ест!
Поднял глаза вверх, видит сквозь воду мут-
но-зелёное небо и солнце в нём, жёлтое, как
медный поднос; подумал мальчик и сказал
неправду:
– Нет, он не ест рыбы, костлявая очень...
– Однако — какое невежество! — обижен-
но вскричала рыба. — Не все же мы костля-
вые! Например — моё семейство...

«Надо переменить разговор», — сообразил
Евсей и вежливо спрашивает:
– Вы бывали у нас наверху?
– Очень нужно! — сердито фыркнула ры-
ба.  — Там дышать нечем...
– Зато — мухи какие...
Рыба оплыла вокруг него, остановилась
прямо против носа, да вдруг и говорит:
– Мух-хи? А вы зачем сюда приплыли?
«Ну начинается! — подумал Евсейка. — Съест
она меня, дура!..»
И, будто бы беззаботно, ответил:
– Так себе, гуляю...
– Гм? — снова фыркнула рыба. — А  мо-
жет быть, вы  – уже утопленник?
– Вот ещё! — обиженно крикнул мальчик.  —
Нисколько даже. Я вот сейчас встану и...

Попробовал встать, а не может, точно его
тяжёлым одеялом окутали — ни поворотить-
ся, ни пошевелиться!
«Сейчас я начну плакать», — подумал он,
но тотчас же сообразил, что, плачь не плачь,
в воде слёз не видно, и решил, что не сто-
ит плакать, — может быть, как-нибудь ина-
че удастся вывернуться из этой неприятной
ис тории.
А вокруг — господи! — собралось разных
морских жителей — числа нет!
На ногу взбирается голотурия, похожая на
плохо нарисованного поросёнка, и шипит:
– Желаю с вами познакомиться поближе...
Дрожит перед носом морской пузырь, дует-
ся, пыхтит, — укоряет Евсейку:
– Хорош-хорош! Ни рак, ни рыба, ни мол-
люск, ай-я-яй!
– Погодите, я, может, ещё авиатором
буду,  — говорит ему Евсей, а на колени его
влез лангуст и, ворочая глазами на ниточках,
вежливо спрашивает:
– Позвольте узнать, который час?

Проплыла мимо сепия, совсем как мок рый
носовой платок: везде мелькают сифонофо-
ры, точно стеклянные шарики, одно ухо ще-
кочет креветка, другое — тоже щупает кто-
то любопытный, даже по голове путешествуют
маленькие рачки, — запутались в волосах
и  дёргают их.
«Ой, ой, ой!» — воскликнул про себя Ев-
сейка, стараясь смотреть на всё беззаботно
и  ласково, как папа, когда он виноват, а ма-
маша сердится на него.
А вокруг в воде повисли рыбы — множе-
ство! — поводят тихонько плавниками и,  вы-
таращив на мальчика круглые глаза, скучные,
как алгебра, бормочут:
Как он может жить на свете
без усов и чешуи?
Мы бы, рыбы, не могли бы
раздвоить хвосты свои!
Не похож он ни на рака, ни на нас —
весьма во многом!
Не родня ли это чудо
безобразным осьминогам?

«Дуры! — обиженно думает Евсейка. —
У  меня по русскому языку в прошлом году
две четвёрки было...»
И делает такой вид, будто он ничего не
слышит, даже хотел беззаботно посвистеть,  —
но — оказалось — нельзя: вода лезет в рот,
точно пробка.
А болтливая рыба всё спрашивает его:
– Нравится вам у нас?
– Нет... то есть — да, нравится!.. У меня
дома... тоже очень хорошо, — ответил Евсей
и снова испугался:
«Батюшки, что я говорю?! Вдруг она рас-
сердится, и начнут они меня есть...»
Но вслух говорит:
– Давайте как-нибудь играть, а то мне скучно...

Это очень понравилось болтливой рыбе,
она засмеялась, открыв круглый рот так, что
стали видны розовые жабры, виляет хвостом,
блестит острыми зубами и старушечьим голо-
сом кричит:
– Это хорошо — поиграть! Это очень хо-
рошо — поиграть!
– Поплывёмте наверх! — предложил Евсей.
– Зачем? — спросила рыба.
– А вниз уже нельзя ведь! И там, на-
верху,  — мухи.
– Мух-хи! Вы их любите?
Евсей любил только маму, папу и мороже-
ное, но  ответил:
– Да...
– Ну что ж? Поплывём! — сказала рыба,
перевернувшись головой вверх, а Евсей тотчас
цап её за жабры и кричит:
– Я — готов!
– Стойте! Вы, чудище, слишком засунули
свои лапы в жабры мне...
– Ничего!
– Как это — ничего? Порядочная рыба не
может жить не дыша.
– Господи! — вскричал мальчик. — Ну что
вы спорите всё? Играть так играть...
А сам думает: «Лишь бы только она меня
немножко подтащила наверх, а там уже я  вы-
нырну».

Поплыла рыба, будто танцуя, и поёт во
всю мочь:
Плавниками трепеща,
И зубаста да тоща,
Пищи на обед ища,
Ходит щука вкруг леща!
 
Маленькие рыбёшки кружатся и хором орут:
Вот так штука!
Тщетно тщится щука
Ущемить леща!
Вот так это — штука!
 
Плыли, плыли, чем выше — тем всё быст-
рее и легче, и вдруг Евсейка почувствовал,
что голова его выскочила на воздух.
– Ой!
Смотрит — ясный день, солнце играет на
воде, зелёная вода заплёскивает на берег, шу-
мит, поёт. Евсейкино удилище плавает в  море,
далеко от берега, а сам он сидит на том же
камне, с которого свалился, и  уже весь сухой!
– Ух! — сказал он, улыбаясь солнцу. —
Вот я и вынырнул.

Комментариев нет.

Похожие статьи

  • Горячий камень
    Горячий камень
    I Жил на селе одинокий старик. Был он слаб, плёл корзины, подшивал валенки, сто- рожил от мальчишек колхозный сад и тем...
  • Грибы
    Грибы
    Братца звали Иван, а сестрицу — Косичка. Мамка была у них сердитая: посадит на лав- ку и велит молчать. Сидеть скучно,...
  • О чём шепчутся раки
    О чём шепчутся раки
    Удивляюсь на раков — до чего много, ка- жется, напутано у них лишнего: сколько ног, какие усы, какие клешни, и ходит...
  • Белолобый
    Белолобый
    Голодная волчиха встала, чтобы идти на охоту. Её волчата, все трое, крепко спали, сбившись в кучу, и грели друг друга. Она...

Последние статьи

Популярные